Вторая книга

Действующие лица:

 

ПРЕВАНШ  — учительница химии

РЯБОВ — старший  следователь

СИТНИК — следователь

ИЛЬЯ  — бывший ученик Преванш

 

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

СЦЕНА ПЕРВАЯ

Комната для дознания в милицейском участке. За столом в центре комнаты сидит Преванш. Рябов и Ситник входят в комнату. У Рябова в руках папка с бумагами. Он садится за стол, Ситник закуривает.

РЯБОВ. Здравствуйте. Старший инспектор уголовного розыска Рябов, а это (указывает на Ситник)  инспектор Ситник.

Пауза

ПРЕВАНШ. А-а…

СИТНИК. Не перебивайте.

РЯБОВ. (готовится писать) Ваше имя?

ПРЕВАНШ. Вы же его знаете.

РЯБОВ. Так положено.

ПРЕВАНШ. А положено сообщить человеку, почему его хватают на улице и тащат в полицию? В наручниках.

РЯБОВ. Вы до сих пор в наручниках? Извините, я не заметил. Инга, сними наручники.

СИТНИК.  Ты уверен?

РЯБОВ. Инспектор Ситник.

Ситник как бы нехотя подходит, расстегивает наручники.

РЯБОВ. Ваше имя, фамилия?

ПРЕВАНШ.  Екатерина Георгиевна Тропинина.

СИТНИК. Фамилия мужа?

ПРЕВАНШ. Нет.  Девичья фамилия моей матери. С мужем я давно развелась, отца своего почти не знала. Отчим не в счет. Вот  и взяла фамилию матери после того, как разошлась с мужем.

СИТНИК. Интересно.

РЯБОВ. Вы живете по адресу: Пихтовая 37, квартира 16?

ПРЕВАНШ. Верно.

РЯБОВ. Кто ещё живет с вами?

ПРЕВАНШ. Я живу одна.  Дочь в Германии с отцом.

РЯБОВ. Работаете в школе?

ПРЕВАНШ.  Да. Учитель химии.

СИТНИК. И что сейчас у нас по химии?

ПРЕВАНШ.  Что и прежде.

Рябов роется в папке, достает бумагу, просматривает.

СИТНИК. Я просто уточняю.  Чем ещё занимаетесь? Кроме школы.

ПРЕВАНШ.  Э…, ну, я пишу небольшие рассказы. Фэнтези.

РЯБОВ.  И где можно почитать?

ПРЕВАНШ.  Немного есть в интернете.  Я пишу под псевдонимом.

РЯБОВ.  Можно узнать псевдоним?

ПРЕВАНШ. Преванш.

СИТНИК. А что не русский  такой, псевдоним-то?

ПРЕВАНШ. (пауза) Ну, это потому, что,  как мне кажется, в смысле, я так думаю,  раньше,  в предыдущей жизни я жила во Франции.

СИТНИК.  Вот как! В предыдущей!

РЯБОВ. Мне тоже как-то смотрели, кем я был раньше.

СИТНИК.  (Рябову) Да неужели!

РЯБОВ. (Ситник) А ты случаем про себя не смотрела?

СИТНИК. Не отвлекай меня.  (Преванш) И кем вы  были во Франции?

ПРЕВАНШ.  Я жила, скорее жил, в монастыре Пор-Рояль.

СИТНИК.  Чем дальше, тем интересней. Молились, значит?

ПРЕВАНШ. Нет,  занималась наукой, возможно, алхимией, ну,  может все совсем  не так.

СИТНИК.  Фантастика!  Преванш, монастырь….

РЯБОВ. А мне сказали, что я был навигатором.

СИТНИК. (Рябову) Я тебя не спрашивала. Ты пишешь?

РЯБОВ.  Записал.

ПРЕВАНШ. Скажите, почему меня арестовали?

СИТНИК.  А ваши предположения?

ПРЕВАНШ.  Абсолютно никаких.

СИТНИК. Абсолютно? Ну, а как же э…, ваше воображение?

ПРЕВАНШ.  Я не знаю. Ничего не могу придумать.   Я лояльна власти.  Не хожу на демонстрации, не  протестую.  Я учу детей.  У меня завтра шесть уроков. Мне завтра рано вставать.  Может,  скажете, в чем меня… обвиняют?

 Пауза.

РЯБОВ. Вы подозреваетесь в убийстве.

ПРЕВАНШ.  В убийстве? Невозможно!

СИТНИК. Ну-ну.

РЯБОВ. В  убийстве.

ПРЕВАНШ. Я – учительница, работаю в школе.

РЯБОВ. Мы уже это слышали. Чистосердечное признание смягчает наказание.

ПРЕВАНШ. Вы издеваетесь?

СИТНИК.  Вот иногда так не нравится рассусоливать. И  хочется быстро, по-деловому применить что-нибудь… этакое.

ПРЕВАНШ.  Вы… хотите меня пытать?

СИТНИК.  Кто вам это сказал?

РЯБОВ.  Интересно, а как с этим обстояло в вашем монастыре?

Ситник  наручниками   постукивает  по столу. 

ПРЕВАНШ.  Наверное, инквизиция была.

РЯБОВ. Вот как.

СИТНИК. Я хочу, чтобы вы подумали и ответили. Честно. Вы кого-нибудь убили?

ПРЕВАНШ. Нет! Что вы такое говорите?  Невероятно!   Как вы можете?

Преванш молчит. Рябов встает. 

РЯБОВ. Пожалуй, мне надо ненадолго отлучиться

ПРЕВАНШ. Минутку. Погодите. Проверьте меня на детекторе лжи.

CИТНИК. У-у.

ПРЕВАНШ. Он подтвердит.

СИТНИК. Вы уверены?

ПРЕВАНШ. Конечно.

РЯБОВ. Вы этого хотите?

ПРЕВАНШ. Да. Я уверена и хочу.

СИТНИК. Я прямо восхищена. В женской игре всегда есть что-то такое от театра.

РЯБОВ. (Ситник)  Неси прибор?

СИТНИК. Я  тебе что, девочка на побегушках?

РЯБОВ. Товарищ Ситник.

ПРЕВАНШ. Пожалуйста.

Ситник вытаскивает из шкафа полиграф, ставит на стол. 

СИТНИК. Пожалуйста.  Всегда к вашим услугам. Встаньте.

ПРЕВАНШ. Что?

РЯБОВ. Встаньте. На стуле будут сенсоры. Они наблюдают за реакцией мышц.

Преванш вскакивает, Ситник устанавливает сенсоры на сиденье. Преванш садится. 

РЯБОВ. Всё будет по-настоящему, Преванш.

ПРЕВАНШ. Меня зовут Екатерина.

РЯБОВ.  Я все-таки считаю, что Преванш ваше  истинное имя. А мы ведь ищем истину. Не правда ли?

Ситник цепляет на запястье измеритель давления и пульса. На два пальца надевает датчики.

СИТНИК.  А эти датчики реагируют на гальваническую реакцию кожи. На потоотделение, в общем.  Блузку расстегните.

ПРЕВАНШ. Что?

СИТНИК.  Блузку, пару пуговиц сверху.  Надо зафиксировать датчики дыхания.

ПРЕВАНШ. Да-да, конечно.

Ситник цепляет датчики. Усаживается рядом с Рябовым.

СИТНИК. Вот и все. На вопросы надо отвечать да-нет. Понятно?

ПРЕВАНШ. Да.

РЯБОВ. Начнем. Ну, типа, вы на исповеди. Ок?

ПРЕВАНШ. Хорошо.

СИТНИК. Сейчас июнь?

ПРЕВАНШ. Нет.

РЯБОВ. Ваше имя Екатерина?

ПРЕВАНШ. Да.

РЯБОВ. Ваш псевдоним Преванш?

ПРЕВАНШ. Да.

РЯБОВ. По профессии вы учитель?

ПРЕВАНШ. Да.

СИТНИК. Вы  убили кого-нибудь?

ПРЕВАНШ. (слегка замешкавшись) Нет.

Рябов и Ситник смотрят показания,  переглядываются.

РЯБОВ. Ваша дочь живет в Германии?

ПРЕВАНШ. Да.

РЯБОВ. Она живет с отцом?

ПРЕВАНШ. Да.

СИТНИК. Вы причастны к убийству кого-либо?

ПРЕВАНШ. Нет.

Пауза.

РЯБОВ. Прибор показывает, что вы лжете.

ПРЕВАНШ. Нет. Нет. Я говорю правду. Просто это, это некорректный вопрос. Так нельзя спрашивать.

СИТНИК. А как надо спрашивать? Вы убили кого-нибудь, пожалуйста?

ПРЕВАНШ. Нет.

РЯБОВ.   Может повторить вопрос?

ПРЕВАНШ. Да.

РЯБОВ. Ну, хорошо. Ещё одна попытка.

СИТНИК. Вы имели отношение к какому-либо убийству?

ПРЕВАНШ. Нет!

РЯБОВ.  Вы говорите неправду! Полиграф нельзя обмануть.

ПРЕВАНШ. Послушайте, это неправильно! Я ни в чем не виновата. У меня завтра шесть уроков.

СИТНИК. Конечно. Пора уже сообщить о вас в школу.

Ситник снимает трубку телефона.

ПРЕВАНШ.  Стойте! Подождите! Я всё объясню. Я объясню, почему детектор показывает….  Да.  Я признаю. Я убила.

Ситник и Рябов переглядываются. Рябов  берет ручку.

РЯБОВ. Теперь по порядку. Когда, где, кто, орудие убийства.

ПРЕВАНШ. Тридцать лет назад.

СИТНИК (присвистывает) Однако. Как вы рано начали, Преванш.

РЯБОВ. Не перебивай. Дай ей сосредоточиться.

ПРЕВАНШ. Это было там, где я раньше жила, в детстве. Улицу  не помню.

РЯБОВ. Имя вашей жертвы?

ПРЕВАНШ. Я не могу сказать, я не знала его имени.

СИТНИК. Случайный прохожий?

ПРЕВАНШ. Нет. Я знала его в лицо… Я его ненавидела.

РЯБОВ. Как вы его убили?

ПРЕВАНШ.  Я же сказала, я его ненавидела.

РЯБОВ.  И что это дает?

ПРЕВАНШ.  Я его очень сильно ненавидела.

СИТНИК.  Что вы сделали с ним, Преванш?

ПРЕВАНШ.  Ничего. Каждый раз, когда я вспоминала о нем или проходила мимо его дома, я желала ему смерти.

РЯБОВ.  И что дальше?

ПРЕВАНШ. Примерно через год или два я узнала, что он умер.

РЯБОВ. Причина?

ПРЕВАНШ.  Какая-то болезнь.

СИТНИК.  Так это ваше признание? Это ваше убийство?

ПРЕВАНШ. Я  была сильно поражена, когда узнала. И мне показалось, что это из-за меня.

СИТНИК. Черт возьми, Герман!  Что нам тут разыгрывают?

РЯБОВ. (пододвигает к Преванш ручку и листок) Напишите год, возраст, всё, что вспомните.

Преванш записывает.

СИТНИК. Чушь всё это, Рябов.  Она тут дурочку валяет.

Преванш отодвигает бумагу.

СИТНИК. Милочка, ваш рассказ умиляет. Но речь идет об убийстве. О реальном убийстве. О запланированном убийстве. (кричит) Я говорю не про ваше тонкое воображение!

РЯБОВ. Успокойся, Инга. Мы можем скорректировать вопрос.

ПРЕВАНШ.  Да, пожалуйста.

СИТНИК. Ну, хорошо. Я готова. Включаем.

РЯБОВ. Сейчас декабрь?

ПРЕВАНШ. Да.

СИТНИК.  Вы кого-нибудь убили, Преванш, кроме  пацана-ровесника? Я спрашиваю о запланированном убийстве.

ПРЕВАНШ. (убитым голосом) Нет.

Ситник удовлетворенно хмыкает.

СИТНИК. Опять двадцать пять.

РЯБОВ. Вы, наверное, поняли по реакции инспектора Ситник, что показывает полиграф?

ПРЕВАНШ.  Я знаю, почему детектор так реагирует, то есть, почему я так реагирую.

СИТНИК. Да-да. Почему? Пожалуйста.

ПРЕВАНШ.  Дело в том…  в том…, что я убила трех младенцев.

СИТНИК. Одновременно?

ПРЕВАНШ. Нет, конечно.

СИТНИК. А я уже о вас совсем плохо подумала, Преванш.

ПРЕВАНШ. Это было давно, когда я ещё была замужем.

РЯБОВ. Вас всё как-то тянет в историю.

СИТНИК. Чьих младенцев?

ПРЕВАНШ. Своих.

Рябов и Ситник переглядываются.

СИТНИК. О чем это вы опять?

РЯБОВ. Речь идет об абортах?

ПРЕВАНШ.  Да.

СИТНИК. Рябов, мы долго будем эту фантазерку слушать?

Ситник ударяет Преванш по лицу, та вскрикивает.

СИТНИК.  Очнулась?

ПРЕВАНШ.  Да.

СИТНИК.  У меня тяжелая рука, Преванш. И нет чувства юмора.

РЯБОВ. Успокойся, Инга. Преванш  только начала свой рассказ. (Преванш) Не так ли?

ПРЕВАНШ. Конечно.

СИТНИК. Поторопитесь, Преванш. Вы испытываете моё терпение.

ПРЕВАНШ.  Я убила трех младенцев.

СИТНИК. Одновременно?

ПРЕВАНШ. Нет, конечно.

СИТНИК. А я уже о вас совсем плохо подумала, Преванш.

ПРЕВАНШ. Это было давно, когда я ещё была замужем.

РЯБОВ. Вас всё как-то тянет в историю.

СИТНИК. Чьих младенцев?

ПРЕВАНШ. Своих.

Рябов и Ситник переглядываются.

СИТНИК. О чем это вы опять?

РЯБОВ. Речь идет об абортах?

ПРЕВАНШ.  Да.

СИТНИК. Рябов, мы долго будем эту … слушать?

Ситник подходит к Преванш и ударяет по лицу. 

СИТНИК.  Я же просила тебя по- хорошему.

Ещё раз ударяет Преванш.

ПРЕВАНШ. Я не…

Ситник бьет ещё раз, хватается за руку.

СИТНИК. Черт! Руку отбила!

Преванш вытирает кровь из разбитого носа.

РЯБОВ. Инга, как ты обращаешься с женщиной? (встает, подходит к Преванш, подает ей платок) Оставь свои солдафонские замашки.

СИТНИК. (растирает руку) Не лезь со своими советами, Рябов.

РЯБОВ. Ты что, не делала абортов, Ситник?

СИТНИК. Не твое дело, придурок.

РЯБОВ. Преванш говорит правду, это вселяет надежду. А вот ты что-то умалчиваешь.

СИТНИК. (Рябову) Слушай, я же не спрашиваю, почему от тебя перегаром прет каждое утро?

РЯБОВ. Знаешь, Ситник. А ты правильно сделала, что родила только одного сына. Этого экземпляра вполне достаточно.

СИТНИК.  Оставь моего сына в покое!

РЯБОВ.  Да я-то его не трогаю, твоё сокровище.

ПРЕВАНШ. А что с её сыном?

СИТНИК. (Рябову) Закрой рот!

РЯБОВ. Он – игроман и полный придурок.

СИТНИК. Рябов, я же не рассказываю всем о том, что от тебя сбежала жена с  дочкой.

РЯБОВ. (сосредоточенно) Я об этом тоже не рассказываю.  Странно, Инга.

СИТНИК. Рябов, ты допросишься, я напишу раппорт на тебя.

Рябов смотрит на Ситник, которая растирает руку. 

РЯБОВ.  Пиши. Пиши. Рука-то не отсохнет.

СИТНИК. Герман, ты – конкретная сволочь. Я не знаю, как до сих пор я с тобой работаю.

РЯБОВ. Ситник, я и сам этого не знаю.

Ситник поворачивается к Преванш.

СИТНИК.  Вы же не слышали ничего, Преванш?

ПРЕВАНШ. А вы делали аборты, товарищ Ситник?

СИТНИК. Я её сейчас урою!

ПРЕВАНШ. Вы же понимаете меня, как женщина. Вы же сами спрашивали про настоящее убийство. Что может быть реальнее?

СИТНИК. Слышь, блаженная! Ты думаешь, нас интересуют твои младенцы? Ты думаешь, что тебя притащили сюда, посадили в камеру, чтобы услышать историю про твоих нерожденных детей? Ты так думаешь?

ПРЕВАНШ. Нет, я так не думаю.

СИТНИК. Я похожа на психоаналитика?

ПРЕВАНШ. Нет, не похожа.

СИТНИК. Тебе удобно на этом стуле?

ПРЕВАНШ. Нет, не удобно.

СИТНИК. Значит, ты отдаешь себе отчет в том, что есть какая-то причина твоего здесь появления?

ПРЕВАНШ. Да.

СИТНИК. И ты хочешь сказать, что тебе ничего не приходит в голову?

ПРЕВАНШ. Но всё именно так, как я говорю. Я  понимаю. Этот детектор….  Я расскажу. Скажите, о чем приблизительно  речь.

РЯБОВ. Речь идет об убийстве группы людей.

ПРЕВАНШ. Группы?

СИТНИК. Вы замешаны каким-либо образом в смерти группы людей?

РЯБОВ.  Спросим полиграф?

Пауза.

ПРЕВАНШ.  Нет.  Только… боюсь, мое признание не удовлетворит вас.

СИТНИК. Так…

РЯБОВ. Успокойся, Ситник. Дай сказать человеку. Я записываю.

ПРЕВАНШ. Несколько лет тому назад…

СИТНИК. Конкретнее.

ПРЕВАНШ. Дайте сосредоточиться.  Семь лет назад. Я полетела в отпуск. Чтобы сэкономить на билетах, я взяла билет с пересадкой. В Петербурге. Наш самолет опоздал, и я застряла в Питере. На два дня.

Ситник кашляет.

ПРЕВАНШ. Там всё так получилось. Я не хотела сидеть два дня, я просила отправить ближайшими рейсами. Они были. Но мне отказали. А меня в это время ждали на юге, время было ограничено. Я объясняла, уговаривала, просила. Все было бесполезно. Я вылетела только через двое суток. Радужные планы пошли ко дну. Обратно я должна была лететь этой же авиакомпанией, но  сдала билет, и купила на прямой рейс. Я ощутила, что не хочу ни при каком раскладе быть в этом самолете. Я вдруг подумала, а вдруг он разобьется?

Ситник роняет со стола чашку. Она остается целой.

СИТНИК. (подбирает) Не разбилась.

ПРЕВАНШ.  Разбился через год. Самолет попал в грозу.

Пауза.

СИТНИК. Нет, Рябов, ты слышал? Самолет попал в грозу. А что ты ожидал? Она косит под сумасшедшую, ты понял, да? Ты всё записал.

РЯБОВ. Я что-то припоминаю.

СИТНИК. Неужели?

РЯБОВ. Такой самолет был. Он летел с курорта. Попал в грозу. Все погибли.

Ситник подходит к Рябову. Трогает лоб. Рябов отталкивает руку Ситник.

СИТНИК.  Герман, что с тобой? Ты не заразился? (поворачивается к Преванш) Мы хотим знать время и место теракта, который произойдет на днях. Вы знаете о взрыве на рынке?

ПРЕВАНШ.  Я смотрю телевизор.

СИТНИК.  Готовится серия акций. И мы ждем от вас более точной информации.

Рябов достает из папки лист бумаги. Смотрит его.

РЯБОВ.  Вам известно имя Валентина Котова?

ПРЕВАНШ. Это мой ученик. Бывший. Я была классной руководительницей.

СИТНИК. Руководительницей.

РЯБОВ. У него были друзья? Друг?

ПРЕВАНШ. (дрогнувшим голосом) Вы про кого?

РЯБОВ. Про друга.

ПРЕВАНШ.  Вас интересует Илья Говорков?

На столе звонит телефон. Ситник поднимает трубку.

СИТНИК.  Слушаю. Отлично. Сейчас подойду.

Ситник и Рябов переглядываются.

СИТНИК.  Я вас покину.

Ситник выходит. Преванш оглядывается на неё.

РЯБОВ. Продолжим. Так что вы можете рассказать об Илье Говоркове? Вы давно его видели?

ПРЕВАНШ. Последний раз он приходил  примерно год назад. Поздравил меня с днем Учителя.

РЯБОВ. Приходил в школу?

ПРЕВАНШ. Нет, домой.

РЯБОВ. Он бывал у вас в доме?

Из соседнего кабинета слышится глухой стук и сдавленный стон. Преванш прислушивается.

ПРЕВАНШ. Знаете, Илья из неблагополучной семьи. Но он  способный мальчик. Он очень интересовался химией. Я давала ему дополнительные уроки. Бесплатно. Он приходил заниматься ко мне домой. Он хотел поступить в университет, но…

Слышится какой-то крик.

ПРЕВАНШ. Что там такое?

РЯБОВ.  Трудно сказать.  Так что Говорков?

ПРЕВАНШ.  Что? Да. Он поступил. Илья прошел по конкурсу. Он так радовался. Был просто счастлив, но потом…

РЯБОВ. Потом…

ПРЕВАНШ. Он не смог учиться, не было средств. Он бросил университет. У него семья, я говорила. Там всё сложно. Мать — забитая женщина. Младший брат серьезно болен.  Потом я слышала у него погиб отец. Надо было кормить семью.

В комнату входит Ситник, прическа в некотором беспорядке. Она жестом подзывает Рябова, тот подходит, они о чем-то шепчутся. Потом садятся.

ПРЕВАНШ. А кто кричал в соседней комнате?

СИТНИК.  Теперь вы задаете нам вопросы, да, Преванш?

ПРЕВАНШ.  Там кого-то били?

СИТНИК.  А как ты думаешь?

ПРЕВАНШ.  Думаю, что это доставляет вам удовольствие.

РЯБОВ. Понимаете, Преванш,  у Ситник была серьезная жизненная школа, и в этой школе не любили слюнтяев.

СИТНИК. Вы помните о взрыве на базаре?

ПРЕВАНШ. Да, вы говорили.

СИТНИК. Вы в курсе, кто это сделал?

ПРЕВАНШ.  Я не помню, была ли какая-то информация по новостям.

СИТНИК.  Вот как! Вы пытаетесь нас убедить, что вы нам просто не нравитесь? Как будто мы ещё не знаем, в чем сознался ваш бывший ученик.

ПРЕВАНШ. Мой ученик?

СИТНИК. Ваш ученик.

ПРЕВАНШ. А что он сказал?

СИТНИК. И как будто мы не знаем, что в этой коробке.

Показывает на контейнер в углу.

ПРЕВАНШ.  Да он скажет, что угодно, ведь вы пытали его.

СИТНИК. (трет руку) Вы преувеличиваете, Преванш.

ПРЕВАНШ.  У этого юноши и так  тяжелая жизнь. Нашли козла отпущения! Вы… вы не имеете права!

СИТНИК. Илья Говорков сегодня был у вас в квартире.

ПРЕВАНШ. Это невозможно.

СИТНИК. Зачем он приходил?

ПРЕВАНШ. Не знаю.

СИТНИК. Как он попал к вам в квартиру?

ПРЕВАНШ. Не знаю.

СИТНИК. Что он делал у вас?

ПРЕВАНШ. Не знаю.

Рябов подходит к контейнеру, открывает его.

РЯБОВ. Взгляните, Преванш.

Преванш подходит, смотрит, отшатывается.

РЯБОВ. Это изъяли из вашей квартиры. Обыск был санкционирован. Вы знаете, что это?

ПРЕВАНШ. Похоже на взрывчатку.

СИТНИК. (взрывается) Ах, похоже!

ПРЕВАНШ.  Это не моё.

РЯБОВ.  Может у вас есть предположение, как это очутилось в вашей квартире?

ПРЕВАНШ. (пауза) Да, есть. Вы мне подбросили. Вам нужно кого-то подставить.

СИТНИК. А ваш бывший ученик уже во всем признался. И везде его пальчики, в случае чего.

ПРЕВАНШ.  Я не верю вам.

СИТНИК.  Вы знаете, Преванш, когда речь идет о невинных людях, которые могут пострадать, я не жалею сил для того, чтобы их спасти. И я не церемонюсь, мать твою, с теми, кто  убивает.

ПРЕВАНШ. Я поняла. Вы пытаетесь сфабриковать против нас дело по неизвестным мне причинам. Мне нечего вам сказать. Вот все, что я думаю. Я все сказала.

РЯБОВ. Вот как?

ПРЕВАНШ.  Я больше не скажу ни слова.

СИТНИК.   (Рябову) Я хочу потолковать с подозреваемой наедине.

Рябов выходит. Ситник берет наручник и подходит к Преванш. Затемнение.

 

СЦЕНА ВТОРАЯ

Тюремная камера. На полу матрас, накрытый тонким одеялом. На нем лежит Илья.  В камеру затаскивают Преванш и бросают на пол. Илья вскакивает, поддерживает Преванш.

ГОЛОС. Через час мы придем за вами.

ПРЕВАНШ. (стонет) Фашистка.

ИЛЬЯ. Екатерина Георгиевна?

Преванш поднимает голову.

 ПРЕВАНШ. Илья?

ИЛЬЯ. Да.

ПРЕВАНШ.  Как больно.

ИЛЬЯ. Это всё из-за меня.

ПРЕВАНШ. Не придумывай.

Илья перетаскивает Преванш на матрас.

ИЛЬЯ. Вы полежите, отдохните.

ПРЕВАНШ. Воды нет?

ИЛЬЯ. Нет.

ПРЕВАНШ. Пить хочется. Или умереть?

ИЛЬЯ. Что вы говорите? Сейчас всё пройдет.

Илья кладет руку на голову Преванш.

ИЛЬЯ. Так легче?

ПРЕВАНШ. Гораздо. Мы не выйдем отсюда.

ИЛЬЯ. Почему?

ПРЕВАНШ. Мне так кажется. Они всё вытрясут из меня. Я не боец.

ИЛЬЯ. Что вытрясут?

ПРЕВАНШ. Откуда я знаю? Всё. Пусть валят. Я не вынесу больше.

ИЛЬЯ. Да?

ПРЕВАНШ.  Неужели, так бывает? В моем доме хранится взрывчатка, а я – атаманша банды террористов. Илья, тебя  били?

ИЛЬЯ. Нет.

ПРЕВАНШ. Хоть одна хорошая новость.

ИЛЬЯ. Валя погиб.

ПРЕВАНШ. Валя? Валя Котов?

ИЛЬЯ. Да.

ПРЕВАНШ. Какой ужас! Я не знала.

ИЛЬЯ. Об этом никто не знал.

ПРЕВАНШ. Когда, где?

ИЛЬЯ.  Какая разница.

ПРЕВАНШ.  А ты откуда знаешь?

ИЛЬЯ. Екатерина Георгиевна, а Вы кому-нибудь рассказывали про вторую книгу?

ПРЕВАНШ. Никому. Только тебе. Никто бы не поверил. Как же Валя?

ИЛЬЯ. А я поверил. Они же на полке рядом стоят.

ПРЕВАНШ. Илья, о чем ты?

ИЛЬЯ.  Как вы думаете, вторая книга – это чудо?

ПРЕВАНШ.  Я не знаю.

ИЛЬЯ.  Помните, когда вы рассказали мне о ней?

ПРЕВАНШ. Помню. Ты пришел поздно вечером. У тебя  была температура. Я поняла, что твой отец…

ИЛЬЯ. Опять нажрался и стал нас гонять. Я проторчал полураздетый около дома, а потом пошел к вам, и вы оставили меня ночевать.

ПРЕВАНШ. Да. Так и было.

ИЛЬЯ. И вы рассказали мне о книге. И о рыцаре «Золотое яблоко»

ПРЕВАНШ. Золотое яблоко.

ИЛЬЯ. Вы сами сочинили эту сказку?

ПРЕВАНШ. Сама.

ИЛЬЯ. А почему золотое яблоко?

ПРЕВАНШ.  Ну, я хотела бы назвать его Рыцарь «Золотое сердце», но подумала, что это будет как-то слишком…

ИЛЬЯ. Слишком… что?

ПРЕВАНШ. Слишком… высокопарно.

ИЛЬЯ. Жил был на свете один мальчик. С детства он остался сиротой. Никому он был не нужен. Ему жилось очень трудно. Он часто голодал, мерз, злые люди обижали его. Жизнь казалась Мальчику такой ужасной и безрадостной. Однажды на дороге Мальчик встретил старого рыцаря. Рыцарь спросил, нет ли у Мальчика еды. В кармане у Мальчика лежало одно единственное яблоко. И Мальчик отдал это яблоко Рыцарю. Рыцарь был болен, он знал, что умирает. Он поблагодарил Мальчика и завещал ему всё, что у него осталось. Доспехи, коня и меч. «Назовись Рыцарем «Золотого яблока», — таковы  были последние слова старого воина. Так Мальчик стал Рыцарем. Он вырос, собрал войско и пошел войной на всех тех, кто обижал и гнал его. Он отомстил всем.  Но это совсем другая история.

ПРЕВАНШ. У тебя хорошая память.

Илья гладит Преванш по голове. 

ИЛЬЯ. У вас такие мягкие волосы.

ПРЕВАНШ. Ничего особенного.

ИЛЬЯ. Вы знаете – это я убил отца.

ПРЕВАНШ.  Илья! Что ты говоришь! Что ты…

ИЛЬЯ. Встретил его пьяного во дворах. Подошел к нему и как треснул по башке. Он упал. Я ушел.

ПРЕВАНШ.  Как же. Говорили. Это был несчастный случай!

ИЛЬЯ. Но ведь мальчик вырос и… отомстил!

ПРЕВАНШ. Это сказка, Илья, просто сказка. В сказках всегда так бывает.

ИЛЬЯ. Помните, вы сказали мне, если на стене висит ружье, оно обязательно выстрелит.

ПРЕВАНШ. Но речь ведь была не о том. Я же рассказала тебе о второй книге. Я хотела, чтобы ты понял.  Наши желания  исполняются.

ИЛЬЯ. А это и было моё желание. Моё самое большое желание. Не видеть его никогда. Никогда.

ПРЕВАНШ. (стонет) Что ты наделал, Илья! Как ты мог!

Илья встает, отходит от Преванш.

ИЛЬЯ. Хватит, Екатерина Георгиевна. Вас немного побили, а вы уже стонете, как девчонка. Меня отец бил постоянно, пока я не дал ему отпор. И мать бил. Она не жаловалась и не ныла. Вы не знаете, что это такое. Дать в морду тому, кто издевается над вами.

ПРЕВАНШ. Я… я…

ИЛЬЯ. Это я взрывчатку к вам принес.

ПРЕВАНШ.  Что?

ИЛЬЯ. Помните, я звонил недавно. Хотел зайти?

ПРЕВАНШ.  Помню.

ИЛЬЯ. Я просто уточнял время, чтобы вас не было дома.

ПРЕВАНШ. Но ведь…

ИЛЬЯ. Дубликаты ваших ключей я сделал давно, ещё раньше, когда бывал у вас.

ПРЕВАНШ. Дубликаты?

ИЛЬЯ.  Я мечтал жить в вашем доме. Я хотел иметь эти ключи. И сделал их.

ПРЕВАНШ. А взрывчатка?

ИЛЬЯ. Вы такая наивная. Вы же сами подсказали мне как её сделать?

ПРЕВАНШ. Неправда, я отказалась говорить с тобой об этом.

ИЛЬЯ. Вы всё забыли. Я  выведал кое-что у вас, вы просто не помните. К тому же есть интернет.

ПРЕВАНШ. Значит, они… они были правы!

ИЛЬЯ.  В чем?

ПРЕВАНШ. Я, действительно, главарь группы?

ИЛЬЯ. Да, вы идейный вдохновитель. И я сказал им об этом. Я дал признательные показания.

ПРЕВАНШ. На меня?

ИЛЬЯ. А разве это не так?

ПРЕВАНШ. Ты убил Валю?

ИЛЬЯ.  Мы… так… решили.

ПРЕВАНШ. Ты хочешь сказать, что Рыцарь «Золотого яблока» мог бы так поступить со своим другом? Ты это мне хочешь сказать?

ИЛЬЯ. Друг рыцаря пожертвовал своей жизнью, он погиб за справедливость.

ПРЕВАНШ. А ты не погиб?

ИЛЬЯ. Я должен быть следующим.

ПРЕВАНШ. Ты … не должен был так поступать.  Ни с Валентином, ни со мной. Ты подставил меня.

ИЛЬЯ. Теперь вы думаете о себе?

ПРЕВАНШ.  Если честно, то да.

ИЛЬЯ.  По вашей теории, если у вас дома хранится взрывчатка…

ПРЕВАНШ. Но…

ИЛЬЯ.  Не перебивайте меня. Я сказал, если она имеется у вас, повторяю, У  ВАС, то это значит, что именно  хотите послать ко всем чертям этот гребаный мир.

Пауза

ПРЕВАНШ. Ты  не учел того факта, что взрывчатка изъята. Она изъята именно у меня. Из моей квартиры. Это означает, что я этого не хочу, и никогда не хотела. И если бы ты спрятал её в другом месте, оно оказалось бы гораздо надежней.  Вот такая, если хочешь, моя теория.

ИЛЬЯ.  Это случайность.

ПРЕВАНШ.  Случайностей не бывает.

ИЛЬЯ. В таком случае, почему вы здесь? Почему? Я – понятно. А почему – вы?

Преванш поворачивается и натягивает одеяло на голову.

ИЛЬЯ.  Не хотите со мной разговаривать?

ПРЕВАНШ.  Я хочу отдохнуть. За нами скоро придут.

ИЛЬЯ.  Нормально. Нам остался какой-то час, а вы спите.

ПРЕВАНШ.  Может и так.

ИЛЬЯ.  Презираете меня? Я оказался недостоин? Да?

Илья вскакивает, кидается к двери, пинает её, потом к стене, стучит по ней кулаком.

ИЛЬЯ.  Ненавижу! Дышать нечем. Эти стены! Как в могиле!

ПРЕВАНШ. (поворачивается) Тебе плохо?

ИЛЬЯ.  А вам хорошо?  Мы  в одной лодке. Не забыли в какой?  Вот в этой!(стучит по стене)

Преванш молчит. Илья выхватывает из кармана кусок стекла, подскакивает к Преванш, прижимает стекло к горлу.

ИЛЬЯ.  Хотите свободы?

ПРЕВАНШ.  (хрипит) Не такой.

ИЛЬЯ.  Другой не будет!

ПРЕВАНШ. Того Рыцаря я хотела назвать «золотое сердце», а не «золотое яблоко»

ИЛЬЯ. Металлическое сердце!

ПРЕВАНШ. Нет. Доброе сердце. Доброе сердце.

Илья отталкивает Преванш, встает и с размаху чиркает себя по горлу стеклом. Падает. Преванш бросается к нему.

ПРЕВАНШ. (кричит) Помогите! Охрана! На помощь! (плачет). Не умирай. Пожалуйста.

 

 

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

 

СЦЕНА  ПЕРВАЯ

Комната для дознания в милицейском участке. Преванш пишет своё длинное признание. Протягивает первый лист сидящему напротив Рябову.

СИТНИК. Садитесь туда.

Показывает Преванш на привинченный стул недалеко от стола. Преванш пересаживается.  Ситник приковывает одну руку к стулу. Ключи от наручников кладет на стол.

СИТНИК.  Так, на всякий случай.

Рябов читает показания.

РЯБОВ. «Я, нижеподписавшаяся, частично признаю себя виновной в убийстве. Я не убивала Илью, но мы поспорили. Возможно, мои слова подействовали на него очень сильно. Я не убивала моего ученика Илью, он  куском стекла ударил себя по шее. Я не знаю, откуда у него было стекло. Я не давала ему стекло. Я думаю, что Илья совершил самоубийство в состоянии аффекта. У него, возможно, была клаустрофобия, боязнь закрытого пространства» Больше никакой боязни у него не было?  Так… тут пошли всякие объяснения, как вы любили своего ученика. Какое у него было трудное детство.  Это нас не интересует.

СИТНИК. Почему не интересует? Может здесь мы  какое извращение накопаем?

РЯБОВ.  Тебя только извращения  привлекают?

СИТНИК. Ты это опять про что?

РЯБОВ.  Про твоего отца-садиста.

СИТНИК. Ты берега видишь,  Рябов?

РЯБОВ.  Знаешь, Ситник. Вы достали меня  со своими рассказами про трудное детство.

СИТНИК. Я когда-нибудь говорила тебе про трудное детство?

РЯБОВ.  Нет, а как ты хочешь, чтобы я сказал. Гребанное детство с папашей-шизофреником-садистом, запуганной  мамашей и извращенцем отчимом?

СИТНИК. Ты больше ничего не хочешь сообщить обо мне подозреваемой, Рябов?

РЯБОВ.  Мой отец был бабником, пьяницей и бил мать. По-вашему, я тоже должен быть таким же? Но, я скажу вам, свой выбор я буду делать сам. Я не буду тыкать пальцем в своего папашу.

СИТНИК.  То-то я вижу каждое утро твою помятую рожу.

РЯБОВ.  Смотри, не жалко.

СИТНИК.  Ты мусолишь с подозреваемой, не понятно зачем.  Мы уже вплотную подошли к раскрытию дела. А из-за тебя…

РЯБОВ.  Я не мучаю заключенных ради удовлетворения своих глубоко личных садистских потребностей. Я расследую дело. И внимательно, ты слышишь, внимательно читаю показания Преванш.

СИТНИК. Внимательным ты мог быть только с дочерью, Рябов.

ПРЕВАНШ. (Ситник) А где ваш отец, Инга?

СИТНИК. Это ты меня спрашиваешь? Ты мне будешь здесь вопросы задавать?

Ситник надвигается на Преванш.

ПРЕВАНШ.  Ваш отец жив?

РЯБОВ. Он повесился.

СИТНИК. Рябов, если  будешь продолжать, для тебя это плохо кончится.

РЯБОВ.  Мне тоже так кажется.

ПРЕВАНШ.  А что с отчимом?

СИТНИК.  Она не может успокоиться. Ну, никак.

Рябов покашливает.

СИТНИК.  Ни слова, Рябов.

ПРЕВАНШ.  Его нет в живых?

СИТНИК.  Заткнись.

РЯБОВ.  Несчастный случай. Выпил, уснул, не проснулся.

СИТНИК.  Ну, всё, Рябов. Мое терпение лопнуло.

РЯБОВ. Однако, у вас много общего дамы. Есть о чем поговорить.

СИТНИК. Рябов! Ты с самого начала неизвестно как ведешь это дело. Болтаешь всякую чушь. Выслушиваешь тупые рассказы. Подыгрываешь подозреваемой. Какой ты старший инспектор?   Тебя надо отстранить от  дела.

Ситник вскакивает и выходит из комнаты.

Рябов встает, кладет в карман ключи от наручников, с листком в руках подходит к Преванш, демонстрирует ей листок.

РЯБОВ.  Слово неразборчиво, как читается?

Рябов наклоняется к Преванш, она всматривается в листок. Карман Рябова с  ключом рядом с рукой Преванш. Преванш вглядывается в листок, а сама незаметно вытаскивает ключ. 

ПРЕВАНШ.  Стоунхендж.

РЯБОВ. На Перевалочной?

ПРЕВАНШ. Да.

Рябов возвращается за стол, что-то пишет.

РЯБОВ. Вы написали, что думаете, что в этих гаражах ваши ученики могли сделать лабораторию.

ПРЕВАНШ. Я слышала об этом,  я предполагаю.

РЯБОВ. Вы пишите так же, что «в преступную группу мог быть вовлечен младший несовершеннолетний брат Ильи». Вы пишите, «что боитесь за его жизнь».

ПРЕВАНШ.  Я не совершала и не задумывала ничего против Ильи и его брата.

РЯБОВ. А почему я должен вам верить? Как вы поступили с тем подростком? Ну, с тем, о котором рассказывали?

ПРЕВАНШ. Я сама была ещё ребенком.  Тот, кто совершает огромную подлость и пускает жизнь человека под откос, тот, так или иначе, платит за это.

РЯБОВ.  С такими, как Вы,  мир катится в бездну.

Пауза.

ПРЕВАНШ.  Разве у медали одна сторона?

РЯБОВ.  Вам есть, что сказать в свою защиту?

ПРЕВАНШ.  Конечно. Как и у вас, например.

РЯБОВ.  Про меня – не надо. Я просто служу.  Чтобы другие, черт возьми, могли спать спокойно.

ПРЕВАНШ.  Я тоже служу.

РЯБОВ.   Ваши педагогические таланты нам вряд ли  удастся обсудить.

ПРЕВАНШ. Школа здесь не при чем.

РЯБОВ.   Предчувствую очередную сказку.

ПРЕВАНШ.  Я могу не говорить.

РЯБОВ. Надо признать, ваши истории вполне занимательны. Я  готов выслушать вас.

Пауза.

ПРЕВАНШ. Иногда ночью я представляю себя огромной белой птицей. Закрываю глаза  и взлетаю вверх. Я поднимаюсь сначала невысоко над домом, потом выше, над соседними домами. Я прекрасно вижу их с высоты. Потом я поднимаюсь над городом, потом ещё выше и выше,  а потом я устремляюсь на высоту, с которой мне уже ничего не видно. С каждым взмахом крыла я становлюсь всё больше и больше, размах моих крыльев огромен. И с каждым взмахом своих крыльев я благословляю тех, кто внизу, там подо мной. Каждым взмахом я несу им любовь, покой и надежду. Всем тем, кто нуждается в этом.

РЯБОВ. Красивая фантазия Преванш. Только, возможно, помощь требуется  вам?

ПРЕВАНШ. Мне?

РЯБОВ. Вам.  Огромная-преогромная любовь.

ПРЕВАНШ. Зря я это рассказала.

РЯБОВ. Конечно, зря.

ПРЕВАНШ.  И у меня есть  Вторая книга.

РЯБОВ. Прекрасно. Вторая книга.

ПРЕВАНШ.  Вторая книга, которая стоит на полке рядом с первой.

РЯБОВ. Ага,  есть первая книга, и есть вторая.

ПРЕВАНШ.  Это абсолютно одинаковые книги.

РЯБОВ. И что тут такого?

ПРЕВАНШ.  Удивительно  как  появилась вторая книга.

РЯБОВ. Как?

ПРЕВАНШ. У меня была книга. Любимая книга. Я отдала её знакомой почитать. И в это время, когда книги не было со мной, я очень в ней нуждалась. Мне  захотелось  взять её в руки, полистать.  Ну, бывает такое сильное желание.

РЯБОВ.  Это я могу понять.

ПРЕВАНШ. Через некоторое время приятельница отдала  книгу, я поставила её на полку…, и тут увидела, здесь стоит точно такая же книга. Вторая книга. Которой никогда не было.

РЯБОВ. Вот как! Она могла появиться у вас раньше.

ПРЕВАНШ. Первая книга была подарком.  Подарок был сделан давно. Год издания достаточно поздний. В продаже таких книг уже нет.

РЯБОВ. Этому может быть масса объяснений.

ПРЕВАНШ.  Я  их искала.

РЯБОВ.  Очередная сказка.

ПРЕВАНШ. Книги стоят у меня на полке.

РЯБОВ. Занятно. Вы притязаете на весь мир, Преванш (пауза). Я тоже думал как-то  о себе. Моя вотчина ограничена небольшой территорией, на которой я стараюсь поддерживать порядок. Я веду  лодку и отвечаю за тех, кто рядом со мной. Мои пассажиры, как дети,  могут упасть в воду,  испугаться глубины и утонуть.

ПРЕВАНШ. Вы хотите сказать, что вы – рулевой.

РЯБОВ. Я – навигатор. Со мной в лодке ещё гребет юнга. Он ещё салага. Он в тумане может растеряться, упасть духом, сбиться с курса. Но я всё время начеку, хотя  не обращаю на него внимания.

ПРЕВАНШ. Юнга —  Ситник?

РЯБОВ. Предположим. Бестолковая, эмоциональная, но….

Пауза

ПРЕВАНШ.  Верная?

РЯБОВ. Что?

ПРЕВАНШ. Вы хотели сказать  верная?

РЯБОВ. Я  хотел  сказать, что ей  рано доверять  руль. С перепугу она может начать сверять курс по кофейной гуще.

Пауза.

 

СЦЕНА  ВТОРАЯ

 

В комнату входит Ситник.

СИТНИК. Рябов, к начальству.

РЯБОВ. Я занят.

СИТНИК. Сию минуту. Без промедления.

Рябов встает, кинув взгляд на Преванш, выходит. Ситник поднимает листок. Наливает себе кофе.

СИТНИК. Что тут мы пишем. Самоубийство?

Преванш незаметно расстегивает наручник, но делает вид, что рука пристегнута, зажимая наручник в руке. Ситник пьет кофе.

СИТНИК. А, доведение до самоубийства? Слышь, блаженная, а кто в камере с Ильей был? Кто его довел?

ПРЕВАНШ. Вы сами засунули нас в одну камеру. Зачем вы это сделали? И откуда у Ильи был осколок?

СИТНИК. Ну-ну. Я что-то не вижу ответа. Где он?

Переворачивает листок, смотрит.

СИТНИК.  О чем я тебя вчера спрашивала?  Ты не забыла? Время и место следующей операции.

ПРЕВАНШ. Погадай на кофейной гуще!

Ситник давится кофе. Кашляет. Ситник ставит чашку на стол. Направляется к Преванш.

СИТНИК. Я выбью из тебя дурь на раз, два, три.

Подходит к Преванш. Преванш со всей силы рукой, с зажатым наручником бьет Ситник по голове. Ситник падает, пытается встать, Преванш бьет ещё раз.

ПРЕВАНШ. Три!

Преванш цепляет руку Ситник наручником к ножке стула.

ПРЕВАНШ. Получила, тварь? Ну, как? Хорошо тебе? Хорошо? Что молчишь? Жаль, что тебя не видит твой сын.  Он бы перестал бояться свою мамочку!

СИТНИК.  Ты зря это сделала.

ПРЕВАНШ.  Рабы всегда восстают против тиранов. Почитай историю.  Твой сын тоже боится и спрятался от всех в  виртуальном мире.  Уж если родная мать ведет себя, как сатанистка.

СИТНИК.  Заткнись! Я делаю грязную работу, потому что есть такие, как ты!

ПРЕВАНШ.  И вокруг тебя,  парадокс, один мусор человеческий. И в собственной семье образовался!

СИТНИК.  Дрянь!

ПРЕВАНШ. А хочется любви? Правда, юнга?

СИТНИК. Ты сдохнешь, блаженная!

ПРЕВАНШ.  Из-за тебя жена от Рябова сбежала? Кто ей все рассказал?

СИТНИК.  Пошла к черту!

ПРЕВАНШ. (вытаскивает из кармана ключ от наручников)  Смотри, что у меня есть.

СИТНИК. (сквозь зубы) Сука!

Вытаскивает из кобуры Ситник пистолет, садится  напротив. 

ПРЕВАНШ. Вот и все.

СИТНИК. Собираешься меня убить? Давай, стреляй! Стреляй! (пауза) Может, тогда скажешь, где будет следующий взрыв? Теперь ведь все равно.

ПРЕВАНШ.  Похвальное рвение, Ситник.  Только зря стараешься. Я не знаю, и не знала. Я попала сюда…

СИТНИК. Случайно?

ПРЕВАНШ. (пауза) Нет, не случайно.

СИТНИК. Из-за своего ученика.  Пригрела, приласкала  и  дала пинка бедному мальчику.  Лучше бы пустила  в свою койку. И было бы вам счастье.

ПРЕВАНШ.  Не трогай Илью. Он  уже… не здесь.

Дверь открывается, входит Рябов, видит Преванш с оружием в руках. Пауза.

РЯБОВ. Я вернулся.

СИТНИК. Пошел  к черту!

РЯБОВ. Подозреваемая Туркестанова Екатерина Георгиевна, вот бумага о вашем освобождении.

ПРЕВАНШ.  Что? А показания Ильи?

РЯБОВ. Говорков не свидетельствовал против вас. Он не давал показаний. Во время допроса с ним случился эпилептический приступ.

СИТНИК. Рябов, у нее мой пистолет!

РЯБОВ. Из-за халатности инспектора Ситник Говорков похитил осколок  разбитого стакана. Так, что вы свободны.

Рябов поднимает бумагу над головой.

РЯБОВ. Вот подпись. Печать. С вас сняты все подозрения (Преванш),  положите оружие на пол,  и забудем про это маленькое недоразумение.

СИТНИК. (Преванш) Не верь ему. Он врет!

РЯБОВ. Что ты там шипишь, Инга? Екатерина Георгиевна пойдемте со мной, я провожу вас. Отдайте пистолет и прощайте.

СИТНИК.  (Преванш) Убей его!

РЯБОВ. (Ситник) Инга, потерпи.

Преванш медлит.

РЯБОВ.  (Преванш) Не стоит накалять. Вас никто не тронет. Положите пистолет, Екатерина Георгиевна.

СИТНИК. Не слушай его. Он провокатор.

Преванш колеблется, потом  нетвердой походкой идет к Рябову. Поравнявшись с ним, чуть не падает. Он поддерживает её, забирает пистолет.

РЯБОВ. (Преванш) Я  рассчитываю на ваше э…

ПРЕВАНШ. На мое что?

РЯБОВ. На ваше  благоразумие, Преванш. И на ваши  эти(машет руками) .

ПРЕВАНШ. Крылья?

Рябов кивает. Преванш из кармана достает ключ, отдает Рябову.

ПРЕВАНШ. Я свободна?

РЯБОВ.  От нас, да.

СИТНИК. (кричит вслед Преванш) Ты просто так не отделаешься.

Преванш, пошатываясь,  выходит. Рябов и Ситник смотрят друг на друга.

СИТНИК. Ты  чокнулся?

РЯБОВ.  Экспертиза показала, на взрывчатке нет её отпечатков. Взяли младшего брата Ильи. Я же вел расследование. Пацан все рассказал. Их было трое: Валентин Котов, Илья и он. Сейчас братишка пишет признательные показания.

СИТНИК. К черту показания! Ты меня подставил!  Видишь, что она  сделала?

РЯБОВ. Что же ты не кричала? Позвала бы на помощь.

СИТНИК. Сволочь.

РЯБОВ.   Будешь писать заявление о нападении на должностное лицо?

Пауза. 

СИТНИК. Она  могла меня убить!

РЯБОВ. Ни в коем случае.

СИТНИК.  Ты  задолбал своей  уверенностью.  Гребанный навигатор.

РЯБОВ. Ты и сейчас завидуешь мне, Инга. А у тебя был шанс распутать это дело. Получилось?

СИТНИК. Ты – конкретная сволочь, Рябов! Когда-нибудь ты все равно споткнешься.

РЯБОВ.  Проблема в том, Инга, что  тебе от этого легче не станет. Но я постараюсь,  постараюсь… простить тебя.

СИТНИК. Пошел ты  лесом (пауза). Отстегни меня.

РЯБОВ.  Может кофейку?

Пауза. Рябов медленно расстегивает наручник. Ситник встает.

СИТНИК. Отдай оружие.

Рябов кладет пистолет на стол.  Ситник забирает оружие.  Она  держит пистолет, будто раздумывая, что с ним делать,  медленно убирает его в кобуру,  идет к выходу. Около двери останавливается.

СИТНИК. Ты обещал, Рябов! Ты обещал!

Ситник выходит. Затемнение.

 

КОНЕЦ